Притча

Жил на свете плотник, мастер он был неплохой, только любил все дела – на завтра откладывать. Как только к нему обращались с просьбой, он отвечал: «Хорошо, завтра сделаю!» В молодости говорили плотнику: «Женись, мол, да женись», а он отвечал: «Хорошо, завтра женюсь!» Так и молодость прошла.
А дел всегда много: то одно, то другое, так и отвечал всегда: «Хорошо, завтра, завтра сделаю!» Что успевал сделать, что не успевал, особо не огорчался, так жизнь и шла себе потихоньку. Как-то утром попросили его люди заказ исполнить. Наш плотник по привычке ответил: «Хорошо, завтра сделаю!». А ему люди говорят: «Да когда же завтра? Тебе-то сколько уже лет? А вдруг помрешь и не сделаешь?» – «И то верно! – поразился плотник. – Действительно, сколько мне сейчас лет?» Посчитал-посчитал, и на стул присел, плохо стало: «Вот это да! – сказал он себе. – А мне и правда уже шестьдесят лет стукнуло! Когда же это вся жизнь прошла?»
Сказал старый монах: «В духовной жизни – НЕТ Завтра, спасай душу – Сейчас».

Притча

Однажды один человек сидел около оазиса, у входа в один ближневосточный город. К нему подошел юноша и спросил: «Я ни разу здесь не был. Какие люди живут в этом городе?»
Старик ответил ему вопросом: «А какие люди были в том городе, из которого ты ушел?» – «Это были эгоистичные и злые люди. Впрочем, именно поэтому я с радостью уехал оттуда». – «Здесь ты встретишь точно таких же», – ответил ему старик.
Немного погодя, другой человек приблизился к этому месту и задал тот же вопрос: «Я только что приехал. Скажи, старик, какие люди живут в этом городе?»
Старик ответил тем же: «А скажи, сынок, как вели себя люди в том городе, откуда ты пришел?» – «О, это были добрые, гостеприимные и благородные души. У меня там осталось много друзей, и мне нелегко было с ними расставаться». – «Ты найдешь таких же и здесь», – ответил старик.
Купец, который невдалеке поил своих верблюдов, слышал оба диалога. И как только второй человек отошел, он обратился к старику с упреком: «Как ты можешь двум людям дать два совершенно разных ответа на один и тот же вопрос?»
«Сын мой, – говорит старик, – каждый носит свой мир в своем сердце. Тот, кто в прошлом не нашёл ничего хорошего в тех краях, откуда он пришёл, и здесь не найдёт ничего. А тот, у кого были друзья в другом городе, и здесь тоже найдёт верных и преданных друзей. Ибо, видишь ли, окружающие нас люди становятся тем, что мы находим в них…»

10 августа — Икона Богородицы «Одигитрия» Смоленская

Смо­лен­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, име­ну­е­мая «Оди­гит­рия», что зна­чит «Пу­те­во­ди­тель­ни­ца», по Цер­ков­но­му пре­да­нию, бы­ла на­пи­са­на свя­тым еван­ге­ли­стом Лу­кой во вре­мя зем­ной жиз­ни Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Свя­ти­тель Ди­мит­рий Ро­стов­ский пред­по­ла­га­ет, что этот об­раз был на­пи­сан по прось­бе ан­тио­хий­ско­го пра­ви­те­ля Фе­о­фи­ла. Из Ан­тио­хии свя­ты­ня бы­ла пе­ре­не­се­на в Иеру­са­лим, а от­ту­да им­пе­ра­три­ца Ев­до­кия, су­пру­га Ар­ка­дия, пе­ре­да­ла ее в Кон­стан­ти­но­поль Пульхе­рии, сест­ре им­пе­ра­то­ра, ко­то­рая по­ста­ви­ла свя­тую ико­ну во Влахерн­ском хра­ме.

Гре­че­ский им­пе­ра­тор Кон­стан­тин IХ Мо­но­мах (1042–1054), вы­да­вая в 1046 го­ду свою дочь Ан­ну за кня­зя Все­во­ло­да Яро­сла­ви­ча, сы­на Яро­сла­ва Муд­ро­го, бла­го­сло­вил ее в путь этой ико­ной. По­сле смер­ти кня­зя Все­во­ло­да ико­на пе­ре­шла к его сы­ну Вла­ди­ми­ру Мо­но­ма­ху, ко­то­рый пе­ре­нес ее в на­ча­ле ХII ве­ка в Смо­лен­скую со­бор­ную цер­ковь в честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. С то­го вре­ме­ни ико­на по­лу­чи­ла на­зва­ние Оди­гит­рия Смо­лен­ская.

В 1238 го­ду по гла­су от ико­ны са­мо­от­вер­жен­ный пра­во­слав­ный во­ин Мер­ку­рий но­чью про­ник в стан Ба­тыя и пе­ре­бил мно­же­ство вра­гов, в том чис­ле и их силь­ней­ше­го во­и­на. При­няв в бит­ве му­че­ни­че­скую кон­чи­ну, он был при­чис­лен Цер­ко­вью к ли­ку свя­тых (па­мять 24 но­яб­ря).

В ХIV ве­ке Смо­ленск на­хо­дил­ся во вла­де­нии Ли­тов­ских кня­зей. Дочь кня­зя Ви­то­вта Со­фия бы­ла вы­да­на за­муж за ве­ли­ко­го кня­зя Мос­ков­ско­го Ва­си­лия Ди­мит­ри­е­ви­ча (1398–1425). В 1398 го­ду она при­вез­ла с со­бой в Моск­ву Смо­лен­скую ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри. Свя­той об­раз уста­но­ви­ли в Бла­го­ве­щен­ском со­бо­ре Крем­ля, по пра­вую сто­ро­ну от цар­ских врат. В 1456 го­ду, по прось­бе жи­те­лей Смо­лен­ска во гла­ве с епи­ско­пом Ми­са­и­лом, ико­на бы­ла тор­же­ствен­но с крест­ным хо­дом воз­вра­ще­на в Смо­ленск, а в Москве оста­лись две ее ко­пии. Од­на бы­ла по­став­ле­на в Бла­го­ве­щен­ском со­бо­ре, а дру­гая – «ме­ра в ме­ру» – в 1524 го­ду в Но­во­де­ви­чьем мо­на­сты­ре, ос­но­ван­ном в па­мять воз­вра­ще­ния Смо­лен­ска Рос­сии. Мо­на­стырь был устро­ен на Де­ви­чьем по­ле, где «со мно­ги­ми сле­за­ми» моск­ви­чи от­пус­ка­ли свя­тую ико­ну в Смо­ленск. В 1602 го­ду с чу­до­твор­ной ико­ны был на­пи­сан точ­ный спи­сок (в 1666 го­ду вме­сте с древ­ней ико­ной но­вый спи­сок во­зи­ли в Моск­ву для по­нов­ле­ния), ко­то­рый по­ме­сти­ли в башне Смо­лен­ской кре­пост­ной сте­ны, над Дне­пров­ски­ми во­ро­та­ми, под спе­ци­аль­но устро­ен­ным ша­тром. Поз­же, в 1727 го­ду, там бы­ла устро­е­на де­ре­вян­ная цер­ковь, а в 1802 – ка­мен­ная.

Но­вый спи­сок вос­при­нял бла­го­дат­ную си­лу древ­не­го об­ра­за, и, ко­гда рус­ские вой­ска 5 ав­гу­ста 1812 го­да остав­ля­ли Смо­ленск, ико­ну взя­ли с со­бой для охра­не­ния от непри­я­те­ля. На­ка­нуне Бо­ро­дин­ской бит­вы этот об­раз но­си­ли по ла­ге­рю, чтобы укре­пить и обод­рить во­и­нов к ве­ли­ко­му по­дви­гу. Древ­ний об­раз Смо­лен­ской Оди­гит­рии, взя­тый вре­мен­но в Успен­ский со­бор, в день Бо­ро­дин­ской бит­вы вме­сте с Ивер­ской и Вла­ди­мир­ской ико­на­ми Бо­жи­ей Ма­те­ри об­но­си­ли во­круг Бе­ло­го го­ро­да, Ки­тай-го­ро­да и кремлев­ских стен, а за­тем от­пра­ви­ли к боль­ным и ра­не­ным в Ле­фор­тов­ский дво­рец. Пе­ред остав­ле­ни­ем Моск­вы ико­на бы­ла взя­та в Яро­славль.

Так бла­го­го­вей­но хра­ни­ли на­ши пред­ки эти ико­ны-сест­ры, и Ма­терь Бо­жия через Свои об­ра­зы охра­ня­ла на­шу Ро­ди­ну. По­сле по­бе­ды над непри­я­те­лем ико­на Оди­гит­рии вме­сте с про­слав­лен­ным спис­ком бы­ла воз­вра­ще­на в Смо­ленск.

Празд­но­ва­ние в честь это­го чу­до­твор­но­го об­ра­за 28 июля бы­ло уста­нов­ле­но в 1525 го­ду в па­мять воз­вра­ще­ния Смо­лен­ска Рос­сии.

Су­ще­ству­ет мно­го чти­мых спис­ков со Смо­лен­ской Оди­гит­рии, ко­то­рым по­ло­же­но празд­но­ва­ние в этот же день. Есть и день празд­но­ва­ния Смо­лен­ской иконе, про­сла­вив­шей­ся в ХIХ ве­ке, – 5 но­яб­ря, ко­гда этот об­раз по рас­по­ря­же­нию глав­но­ко­ман­ду­ю­ще­го рус­ской ар­ми­ей М. И. Ку­ту­зо­ва был воз­вра­щен в Смо­ленск. В па­мять из­гна­ния вра­гов из Оте­че­ства в Смо­лен­ске бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­вать этот день еже­год­но.

Свя­тая ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри Оди­гит­рии – од­на из глав­ных свя­тынь Рус­ской Церк­ви. Ве­ру­ю­щие по­лу­ча­ли и по­лу­ча­ют от нее обиль­ную бла­го­дат­ную по­мощь. Ма­терь Бо­жия через Свой свя­той об­раз за­сту­па­ет и под­креп­ля­ет нас, пу­те­вод­ствуя ко спа­се­нию, и мы взы­ва­ем к Ней: «Ты вер­ным лю­дям – Все­б­ла­гая Оди­гит­рия, Ты – Смо­лен­ская По­хва­ла и всея зем­ли Рос­сий­ския – утвер­жде­ние! Ра­дуй­ся, Оди­гит­рие, хри­сти­а­ном спа­се­ние!»

Читать далее

9 августа — Великомученик Пантелеи́мон целитель

Свя­той ве­ли­ко­му­че­ник и це­ли­тель Пан­те­ле­и­мон ро­дил­ся в Вифи­нии (Ма­лая Азия) в го­ро­де Ни­ко­ми­дия в се­мье знат­но­го языч­ни­ка Евстор­гия и был на­зван Пан­то­лео­ном (что зна­чит «по все­му лев»), так как ро­ди­те­ли же­ла­ли ви­деть его му­же­ствен­ным и бес­страш­ным юно­шей. Мать, свя­тая Евву­ла (па­мять 30 мар­та), вос­пи­ты­ва­ла маль­чи­ка в хри­сти­ан­ской ве­ре, но ра­но окон­чи­ла свою зем­ную жизнь. То­гда отец от­дал Пан­то­лео­на в язы­че­скую шко­лу, а за­тем обу­чал его ме­ди­цин­ско­му ис­кус­ству у зна­ме­ни­то­го в Ни­ко­ми­дии вра­ча Ев­фро­си­на. От­ли­ча­ясь крас­но­ре­чи­ем, хо­ро­шим по­ве­де­ни­ем и необык­но­вен­ной кра­со­той, юный Пан­то­ле­он был пред­став­лен им­пе­ра­то­ру Мак­си­ми­а­ну (284–305), ко­то­рый за­хо­тел оста­вить его при­двор­ным вра­чом.

В это вре­мя в Ни­ко­ми­дии тай­но про­жи­ва­ли свя­щен­но­му­че­ни­ки пре­сви­те­ры Ер­мо­лай, Ер­мипп и Ер­мо­крат, уцелев­шие по­сле со­жже­ния 20 ты­сяч хри­сти­ан (па­мять 28 де­каб­ря) в Ни­ко­ми­дий­ской церк­ви в 303 го­ду и стра­да­ний свя­щен­но­му­че­ни­ка Ан­фи­ма (па­мять 3 сен­тяб­ря). Из ок­на уеди­нен­но­го до­ми­ка свя­той Ер­мо­лай неод­но­крат­но ви­дел бла­го­об­раз­но­го юно­шу и про­зор­ли­во про­ви­дел в нем из­бран­ный со­суд бла­го­да­ти Бо­жи­ей. Од­на­жды пре­сви­тер по­звал Пан­то­лео­на к се­бе и на­чал с ним бе­се­ду, во вре­мя ко­то­рой из­ло­жил ему ос­нов­ные ис­ти­ны хри­сти­ан­ской ве­ры. С этих пор Пан­то­ле­он стал еже­днев­но за­хо­дить к свя­щен­но­му­че­ни­ку Ер­мо­лаю и с на­сла­жде­ни­ем слу­шал то, что от­кры­вал ему Бо­жий слу­жи­тель о Слад­чай­шем Иису­се Хри­сте. Читать далее

Притча

В одном селе большевики закрывали церковь. Мрачная и молчаливая толпа людей глядела на разорение святыни, на то, как из храма вышвыривают иконы.
— Нет Бога! Бога нет! Вот, смотрите, — кричал один комиссар и стал палить из винтовки в церковные стены и лики святых. — Видите? Ну, где ваш Бог? Почему он меня не накажет?
— Да уже наказал, — послышался голос из толпы. — Ум отнял.

Притча

Однажды богач решил взять своего маленького сына в деревню, чтобы показать, какими бедными бывают люди. Они провели день и ночь на ферме, в кругу очень бедной семьи.
Вернувшись домой, отец спросил сынишку, понравилось ли ему путешествие.
— Было замечательно, папа! — сказал он.
— И что тебе показала наша поездка?
— Я увидел, что у нас одна собака в доме, а у них — четыре пса. У нас есть бассейн в саду, а у них — бухта, из которой видно бескрайнее море. Мы освещаем ночью свой сад лампочками, а им светят звезды.
Отец от такого ответа лишился дара речи, а сын добавил:
— Спасибо, папа, что показал мне, насколько богатыми могут быть люди.

7 августа — Успение праведной Анны, матери Пресвятой Богородицы

Праведная Анна была дочерью Матфана и по отцу была из колена Левина, а по матери – из колена Иудина. Святой праведный Иоаким, ее муж, сын Варпафира, был потомком царя Давида, которому Бог обещал, что от семени его потомков родится Спаситель мира. Супруги жили в Назарете Галилейском. Они не имели детей до глубокой старости и всю жизнь скорбели об этом. Им приходилось переносить презрение и насмешки, так как в то время бесчадие считалось позором. Но они никогда не роптали и только горячо молились Богу, смиренно уповая на Его Волю.

Однажды, во время большого праздника, дары, которые праведный Иоаким взял в Иерусалим для принесения их Богу, не были приняты священником Рувимом, который считал, что бездетный муж недостоин приносить жертву Богу. Это очень опечалило старца, и он, считая себя самым грешным из людей, решил не возвращаться домой, а поселиться в одиночестве в пустынном месте. Его праведная супруга Анна, узнав, какому унижению подвергся ее муж, стала в посте и молитве скорбно просить Бога о даровании ей ребенка. В пустынном уединении и постничестве о том же просил Бога и праведный Иоаким. И молитва святых супругов была услышана: им обоим Ангел возвестил о том, что родится у них Дочь, Которую благословит весь род человеческий.

По повелению Небесного Вестника, праведные Иоаким и Анна встретились в Иерусалиме, где, по обетованию Божию, у них и родилась Дочь, нареченная Марией. Святой Иоаким преставился через несколько лет по введении во храм Благословенной своей Дочери, в 80-летнем возрасте. Святая Анна скончалась 79-ти лет, через два года после него, проведя их при храме, рядом с Дочерью.

При святом благоверном царе Иустиниане (527–565) в Девтере был выстроен в ее честь храм, а император Иустиниан II (685–695; 705–711) обновил ее храм, потому что праведная Анна явилась его беременной супруге; в то же время тело ее и мафорий (покрывало) были перенесены в Константинополь.

Читать далее

5 августа — Праведный Фео́дор Ушаков, воин

Адми­рал рос­сий­ско­го фло­та Фе­о­дор Уша­ков ро­дил­ся 13 фев­ра­ля 1745 го­да в сель­це Бур­на­ко­во Ро­ма­нов­ско­го уез­да Яро­слав­ской про­вин­ции и про­ис­хо­дил из небо­га­то­го, но древ­не­го дво­рян­ско­го ро­да. Ро­ди­те­лей его зва­ли Фе­о­дор Иг­на­тье­вич и Па­рас­ке­ва Ни­ки­тич­на, и бы­ли они людь­ми бла­го­че­сти­вы­ми и глу­бо­ко ве­ру­ю­щи­ми.

В по­сле­пет­ров­ские вре­ме­на дво­рян­ских юно­шей обык­но­вен­но опре­де­ля­ли в гвар­дию, слу­жил в ней и отец бу­ду­ще­го адми­ра­ла Фе­о­дор Иг­на­тье­вич, и да­же при­шлось ему по­во­е­вать с тур­ка­ми в вой­ну 1735–1739 го­дов, но по­сле рож­де­ния тре­тье­го сы­на Фе­о­до­ра он был уво­лен от служ­бы с по­жа­ло­ва­ни­ем сер­жант­ско­го чи­на лейб-гвар­дии Пре­об­ра­жен­ско­го пол­ка. Вер­нув­шись в род­ное сель­цо, он сме­нил цар­скую служ­бу на хо­зяй­ствен­ные хло­по­ты и вос­пи­та­ние де­тей.

День рож­де­ния бу­ду­ще­го адми­ра­ла Рос­сий­ско­го фло­та – 13 фев­ра­ля – при­хо­дит­ся меж­ду празд­но­ва­ни­ем па­мя­ти двух во­и­нов-ве­ли­ко­му­че­ни­ков: Фе­о­до­ра Стра­ти­ла­та и Фе­о­до­ра Ти­ро­на (па­мять 8 и 17 фев­ра­ля), – а вся жизнь рос­сий­ско­го фло­то­вод­ца, от мла­ден­че­ства до дня кон­чи­ны, про­шла под бла­го­твор­ным вли­я­ни­ем его род­но­го дя­ди, пре­по­доб­но­го Фе­о­до­ра Са­нак­сар­ско­го – ве­ли­ко­го во­и­на в ду­хов­ной бра­ни. Пре­по­доб­ный Фе­о­дор ро­дил­ся и вы­рос в том же сель­це Бур­на­ко­во, от­сю­да ушел в юно­сти слу­жить в сто­лич­ную гвар­дию, но за­тем, стре­мясь ду­шою к ино­му слу­же­нию, же­лая стя­жать зва­ние во­и­на Ца­ря Небес­но­го, бе­жал из сто­ли­цы в пу­стын­ные двин­ские ле­са, чтобы од­но­му Бо­гу ра­бо­тать, укреп­ля­ясь в по­дви­ге по­ста и мо­лит­вы; был сыс­кан, до­став­лен к им­пе­ра­три­це, ко­то­рая, вняв Про­мыс­лу Бо­жи­е­му о мо­ло­дом по­движ­ни­ке, бла­го­во­ли­ла оста­вить его в Алек­сан­дро-Нев­ском мо­на­сты­ре, где он при­нял мо­на­ше­ский по­стриг в 1748 го­ду, – и это ис­клю­чи­тель­ное для дво­рян­ско­го се­мей­ства Уша­ко­вых со­бы­тие, вку­пе с по­сле­ду­ю­щи­ми из­ве­сти­я­ми о его мо­на­ше­ском слу­же­нии Бо­гу, бы­ло по­сто­ян­ным пред­ме­том бе­сед сре­ди род­ствен­ни­ков и слу­жи­ло им на­зи­да­тель­ным при­ме­ром.

Боль­шое се­мей­ство Уша­ко­вых со­сто­я­ло в при­хо­де хра­ма Бо­го­яв­ле­ния-на-Ост­ро­ву, на­хо­див­ше­го­ся в трех вер­стах от Бур­на­ко­во на ле­вом бе­ре­гу Вол­ги. В этом хра­ме Фе­о­до­ра кре­сти­ли, здесь же бы­ла шко­ла для дво­рян­ских де­тей, где он обу­чал­ся гра­мо­те и сче­ту. Фе­о­дор Иг­на­тье­вич и Па­рас­ке­ва Ни­ки­тич­на, бу­дучи очень на­бож­ны, по­чи­та­ли глав­ным усло­ви­ем вос­пи­та­ния де­тей раз­ви­тие вы­со­ких ре­ли­ги­оз­ных чувств и стро­гой нрав­ствен­но­сти. Эти чув­ства, воз­буж­ден­ные при­ме­ра­ми се­мей­ства и осо­бен­но род­но­го дя­ди-мо­на­ха, глу­бо­ко за­пе­чат­ле­лись в серд­це воз­рас­тав­ше­го от­ро­ка, со­хра­ни­лись и ста­ли гос­под­ству­ю­щи­ми во всю его по­сле­ду­ю­щую жизнь. В глу­ши де­ре­вен­ско­го по­ме­стья бы­ло мно­го про­сто­ра для физи­че­ско­го раз­ви­тия; от­рок Фе­о­дор, об­ла­дая врож­ден­ным без­стра­ши­ем ха­рак­те­ра, неред­ко, в со­про­вож­де­нии та­ких же смель­ча­ков, от­ва­жи­вал­ся, как от­ме­ча­ют био­гра­фы, на по­дви­ги не по ле­там – так, на­при­мер, со ста­ро­стою де­рев­ни сво­ей он ха­жи­вал на мед­ве­дя. Эти ка­че­ства – без­стра­шие и пре­не­бре­же­ние опас­но­стью – так­же укре­пи­лись в ха­рак­те­ре Фе­о­до­ра. Скром­ный и уступ­чи­вый в обыч­ных усло­ви­ях, Фе­о­дор Уша­ков как бы пе­ре­рож­дал­ся в ми­ну­ты опас­но­сти и без стра­ха смот­рел ей пря­мо в ли­цо.

В воз­расте шест­на­дца­ти лет Фе­о­дор был пред­став­лен в ге­рольд­мей­стер­скую кон­то­ру для смот­ра, где и по­ка­зал, что «рос­сий­ской гра­мо­те и пи­сать обу­чен… же­ла­ет-де он, Фе­о­дор, в Мор­ской ка­дет­ский кор­пус в ка­де­ты». Читать далее

5 августа — Икона Богородицы Почаевская

Ис­то­рия этой чу­до­твор­ной ико­ны Бо­го­ма­те­ри нераз­рыв­но свя­за­на с По­ча­ев­ским мо­на­сты­рём в честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы (Укра­и­на). На го­ре, где ныне рас­по­ло­же­на Успен­ская По­ча­ев­ская лав­ра, в 1340 го­ду по­се­ли­лись два ино­ка. Од­на­жды один из них по­сле мо­лит­вы по­шёл к вер­шине го­ры и вдруг уви­дел Бо­го­ро­ди­цу, сто­я­щую на камне, слов­но объ­ятую пла­ме­нем. Он по­звал дру­го­го ино­ка, ко­то­рый был так­же удо­сто­ен со­зер­цать чу­дес­ное яв­ле­ние. Тре­тьим сви­де­те­лем ви­де­ния был пас­тух Иоанн Бо­сой. Уви­дев необыч­ный свет на го­ре, он под­нял­ся на неё и вме­сте с ино­ка­ми стал про­слав­лять Бо­га и Его Пре­чи­стую Ма­терь. Читать далее

4 августа — Равноапостольная Мари́я Магдалина, мироносица

Свя­тая рав­ноап­о­столь­ная Ма­рия Маг­да­ли­на, од­на из жен-ми­ро­но­сиц, удо­сто­и­лась пер­вой из лю­дей уви­деть Вос­крес­ше­го Гос­по­да Иису­са Хри­ста. Ро­ди­лась она в ме­стеч­ке Маг­да­лы в Га­ли­лее. Жи­те­ли Га­ли­леи от­ли­ча­лись непо­сред­ствен­но­стью, пыл­ко­стью нра­ва и са­мо­от­вер­жен­но­стью. Эти ка­че­ства бы­ли при­су­щи и свя­той Ма­рии Маг­да­лине. С юно­сти она стра­да­ла тяж­ким неду­гом – бес­но­ва­ни­ем (Лк.8:2). Пе­ред При­ше­стви­ем в мир Хри­ста Спа­си­те­ля бес­но­ва­тых бы­ло осо­бен­но мно­го: враг ро­да че­ло­ве­че­ско­го, пред­ви­дя свое близ­кое по­срам­ле­ние, вос­ста­вал на лю­дей со сви­ре­пой си­лой. Через бо­лезнь Ма­рии Маг­да­ли­ны яви­лась сла­ва Бо­жия, са­ма же она об­ре­ла ве­ли­кую доб­ро­де­тель все­це­ло­го упо­ва­ния на во­лю Бо­жию и ни­чем неко­леб­ле­мую пре­дан­ность Гос­по­ду Иису­су Хри­сту. Ко­гда Гос­подь из­гнал из нее семь бе­сов, она, оста­вив все, по­сле­до­ва­ла за Ним. Читать далее